Электронная библиотека диссертаций и авторефератов России
dslib.net
Библиотека диссертаций
Навигация
Каталог диссертаций России
Англоязычные диссертации
Диссертации бесплатно
Предстоящие защиты
Рецензии на автореферат
Отчисления авторам
Мой кабинет
Заказы: забрать, оплатить
Мой личный счет
Мой профиль
Мой авторский профиль
Подписки на рассылки



расширенный поиск

Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. Журавлева Наталья Николаевна

Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв.
<
Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв.
>

Диссертация - 480 руб., доставка 10 минут, круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат - бесплатно, доставка 10 минут, круглосуточно, без выходных и праздников

Журавлева Наталья Николаевна. Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. : Дис. ... канд. ист. наук : 07.00.02 Барнаул, 2005 268 с. РГБ ОД, 61:06-7/464

Содержание к диссертации

Введение

Глава 1. Состояние женского образования в России во второй половине XIX- начале XX в 39

1.1 Становление и развитие начальных и средних учебных заведений 39

1.2 «Женский вопрос» в российской действительности 63

Глава 2. Женские школы в Томской губернии во второй половине XIX-начале XX в 85

2.1 Развитие начального образования во второй половине XIX -начале XX в. Город и село 85

2.2 Средние женские учебные заведения. Тенденции развития и состав учащихся 111

2.3 Проблема высшего женского образования в Томской губернии 133

Глава 3. Повседневная жизнь сибирской женской школы 153

3.1 Школа и общество. Положение женщины в сибирском социуме 153

3.2 Внутренний распорядок жизни. Учителя и учащиеся 180

Заключение 212

Список сокращений 219

Список источников и исследований 220

Приложения 233

Введение к работе

Актуальность исследуемой темы. Положение женщин в современной России претерпевает значительные изменения. Усиливается их роль в общественно-политической жизни. Широкое распространение получило женское движение. И если во второй половине Х1Х-начале XX в. женщины выступали за равенство прав с мужчинами (на получение образования, на участие в политической жизни, на равную оплату труда), то с начала 60-х гг. XX в. на повестку дня был поставлен вопрос о равенстве возможностей реализовывать эти права.

Во второй половине XIX в. женское движение было частью движения широких общественных слоев за демократизацию политической жизни. Его основной целью было достижение политического равноправия женщин. В российском обществе, как и в европейских странах, идея равноправия женщин была связана с распространявшимися либеральными идеалами свободы и прав личности. Но если в Европе изначально поднимался вопрос о наделении женщин политическими правами, что открыло бы им доступ во все сферы деятельности общества, то в России получили развитие лишь отдельные аспекты общей проблемы женской эмансипации. Основное внимание русские либералы уделяли женскому труду, воспитанию и, особенно, образованию. Проблема же политического равноправия была не актуальна, так как в 50-60-х гг. XIX в. политически бесправным было большинство мужского населения страны.

Получение женщинами достойного образования давало возможность усилить их роль в жизни общества, и, воздействуя изнутри, добиться расширения политических и гражданских прав.

Для современной науки характерен интерес к тендерным исследованиям, которые рассматривают социально-исторические явления с учетом социальных аспектов пола. Реформы середины 80-х гг. XX в. изменили позиции женщины в обществе. Они создали условия для возникновения новых форм женского движения, для рождения множества общественных объединений, которые начали добиваться не просто формально-юридического, но и реального равенства. Современное женское движение проявляет повышенное внимание к так называе-мей «женской истории»1. Сегодня идёт процесс возрождения общественных организаций, стремящихся защитить права женщин, донести до органов государственной власти их проблемы и нужды. Эти объединения многое делают и для социальной поддержки трудоспособных женщин, в целях создания им условий для самообеспечения, профессиональной подготовки, саморазвития на этапе перехода к новым экономическим и политическим отношениям. В решении всех этих сложных вопросов они пытаются воспользоваться опытом женских общественных организаций рубежа XIX-XX вв., которые, в свою очередь, выросли из борьбы за возможность получения женщинами полноценного среднего и высшего образования. Так как без образования претензии на участие в политической, экономической и других сферах жизни общества были бы просто несостоятельны, достижение равноправия в возможности получения образования воспринималось многими как первый необходимый шаг к приобретению женщинами гражданских прав, как одно из основных условий экономической независимости и возможного полноправного участия в общественной жизни. Таким образом, вопрос о распространении женского образования, как начального, так и среднего, а также борьба за доступ в высшие учебные заведения, является актуальным и научно значимым.

В настоящее время современная школьная система подвергается пересмотру, появляются различные нововведения. Наряду со старыми общеобразовательными учебными заведениями существуют лицеи, гимназии, школы бла-

«Женская история» - начальный этап тендерных исследований, относящийся к 60-70-м гг. XX в.

5 городных девиц и т.п. Многие учебные заведения пытаются ввести современные программы преподавания, найти новые ориентиры в воспитании. Появляется много частных школ различной направленности, в том числе и специальные школы для девочек. В сегодняшних социально-политических и экономических условиях развития России интерес к различным сторонам истории отечественного образования объясняется во многом необходимостью решения практических задач в процессе реформирования школы.

Подобные изменения имели место в России во второй половине XIX -начале XX в. Реформирование общества, начавшееся с 60-х гг. XIX в., изменило условия социально-экономического и духовного развития страны, что нашло своё отражение и в сфере образования. Именно в это время в Российской империи появляется полноценная школьная система, включающая все ступени, доступная для широких слоев населения. Практически заново создаются начальные и средние женские учебные заведения, начинается борьба за возможность обучения в высшей школе совместно с мужчинами, создаются специальные женские высшие курсы.

Объектом исследования является женское образование в Томской гу
бернии во второй половине XIX - начале XX в.

Само понятие образования очень широко. В большинстве словарей и энциклопедий оно определяется как «процесс педагогически организованной социализации»1. То есть образование - это одна из форм социализации личности, и основной путь получения образования - обучение и воспитания. Как отмечается в «Педагогическом энциклопедическом словаре» (М., 2002), его отличие от процессов спонтанного научения - в целенаправленном и ускоренном развитии тех или иных способностей человека, благодаря педагогически организованной передаче накопленной людьми культуры.

В то же время, образование может рассматриваться в различных аспектах: как форма деятельности по обучению человека или группы, как качество (образованность) - наличие у человека определенного уровня культуры, зна-

1 Российская педагогическая энциклопедия. Т. 2. М., 1998. С. 62.

ний, и, наконец, как сфера общественной жизни, система учебных заведений с функциями и структурой . В нашем исследовании за основу мы взяли образование как часть общественной жизни. Тем более, что феномен женского образования, появившийся во второй половине XIX в., был одним из ярких свидетельств модернизационных процессов в обществе.

Предметом исследования являются учебные заведения Томской губернии второй половины XIX - начала XX в., в которых законодательно разрешалось обучение девочек.

Мы не стремились к рассмотрению учебного процесса. Анализ учебников, программ, методов преподавания представляет безусловный интерес, но это тема отдельного исследования по истории педагогики. Женские школы и школы для детей обоего пола рассматриваются в нашей работе в социокультурном плане, т.е. как некое социальное явление, характеризующее собой изменения, происходившие в обществе в данный момент времени.

Изученность проблемы. Исследования, посвященные истории женского образования, условно можно подразделить на две группы: территориально охватывающие Россию в целом и посвященные региональным аспектам этой проблемы.

В изучении и освещении вопросов женского образования в России во второй половине XIX - начале XX в. можно выделить три последовательных периода: литература, изданная до 1917 г., работы 20-80-х гг. XX в. и современные исследования (с рубежа 80-90-х гг. XX в. по настоящее время).

Во второй половине XIX в. в России происходила постепенная либерализация общественной жизни, что было в первую очередь связано с реформами 60-70-х гг. К этому времени относилось зарождение женского движения, пробуждался интерес к «женскому вопросу». В литературе активно обсуждались проблемы женской эмансипации.

Движение в защиту прав женщин зародилось в Европе, и именно европейские ученые первыми пытались найти решение вопроса о роли и месте

1 Социальная энциклопедия. М., 2000. С. 208.

7 женщины в обществе. Во второй половине Х1Х-начале XX в. к «женской» теме обратились и российские авторы1. Они пытались в целом определить место русской женщины в обществе. Одни исследователи, характеризуя повседневную жизнь, отмечали лишь роль женщины как жены и матери2. Другие же говорили, что «русская женщина имеет мистическую душу и деятельный ум, и отличается по инициативности, по сравнению с более инертной природой русских мужчин... во всех общественных движениях женщины у нас занимают место наравне с мужчинами и часто идут во главе движения»3.

Обе позиции весьма спорны, но в этих работах вообще не затрагивалась тема образования женщин и его влиянии на дальнейшее развитие общества. В то время как это был один из основных вопросов женского движения в России.

Другая группа исследователей, уделяя большое внимание в своих трудах «женскому вопросу», останавливалась и на проблеме равных прав в образовании. С одной стороны, Н.А. Бердяев, В.В. Розанов, B.C. Соловьев4, говоря о положительных изменениях произошедших в связи с развитием женского образования, отмечали, что все-таки это было мужской сферой деятельности. Сторонники другой точки зрения5 считали предоставление права на образование для женщин, основной составляющей «женского вопроса» в России. Как отмечал С.С. Шашков, «только тогда, когда образование поднимется и расширится в женской массе, когда деятельная эмансипационная пропаганда, обратив свои

1 Женский труд. СПб., 1859; Баранцевич Е.М. Женщина в патронате. Томск, 1913; Мордов
цев Д. Русские женщины нового времени (Биографические очерки из русской истории).
Женщины девятнадцатого века. СПб., 1874; Котляревский Н. Очерк из истории обществен
ного настроения 60-х годов. Женский вопрос в его первой постановке // Вестник Европы.
1914. №2. С. 225-252.

2 Терещенко С.А. Быт русского народа. Ч. 1. СПб., 1848.

3 Женщина. Статьи. М., 1898.

4 Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М, 1989; Розанов В.В. Женское об
разовательное движение 60-х годов // Религия и культура. Т. 1. М., 1989. С. 129-141; Соловь
ев B.C. Смысл любви // Избранное. М., 1990. С. 165-190.

5 Мижуев П.Г. Влияние народного образования на народные богатства, здоровье и нравст
венность, и другие стороны общественной жизни. СПб., 1901; Михневич Вл. Русская жен
щина XVIII столетия. Киев, 1895; Он же. Женское правление и его противники (Характери
стическая подробность русской истории XVIII столетия) // Исторический Вестник. 1882. №
2.; Н.Г. Еще несколько мыслей по женскому вопросу // Современная летопись. 1865. № 11;
Чечулин Н. Русское провинциальное общество во второй половине XVIII в. СПб., 1889;
Шашков С.С. Очерк истории русской женщины. СПб., 1872.

8 главные силы на молодое поколение женщин, воспитает в нем энергические чувства свободы и независимости, когда побольше женщин воспользуется существующими скудными средствами для своего образования, когда выступит на сцену молодое женское поколение, развившееся под более благоприятными условиями, чем женская масса шестидесятых годов, - только тогда женское дело значительно подвинется вперед»1. В этом и состояло коренное отличие женского движения в России от европейских стран. Российские общественные деятели и ученые считали, что основой достижения равноправия полов является, прежде всего, одинаковый уровень образования. В Европе же наоборот, пытались добиться возможности получения женщинами полноценного образования, через завоевание политических прав. В одной из работ, посвященных женскому движению в Англии, отмечалось, что «женщинам желательно бы было иметь равный с мужчинами доступ в средние и высшие учебные заведения и к дальнейшей карьере, открываемой ими. Ожидать благоприятного для себя изменения в этом отношении женщины могут только от законодательства, а таковое примет их сторону лишь тогда, когда они получат право голоса в делах общественных»2.

На рубеже XIX—XX вв. к изучению истории «женского вопроса» подключились и сами женщины, хотя их было немного. Наиболее яркими представи-тельницами являлись Е. Лихачева и Е.Н. Щепкина . В своих работах они пытались с научной точки зрения подойти к решению проблем, связанных с неравенством полов. Большую роль исследовательницы отводили распространению просвещения среди женского населения России. Они пытались проследить историю женского образования начиная со второй половины XVIII в. Особая заслуга в этом деле принадлежит Е. Лихачевой, издавшей две монографии, в которых были собраны материалы по истории женского образования, начиная с

1 Шашков С.С. Очерк истории русской женщины. СПб., 1872. С. 241.

2 Женский вопрос в Англии. М., б.г. С. 5.

3 Лихачева Е. Материалы для истории женского образования в России (1828-1856). Спб.,
1895; Она же. Материалы для истории женского образования в России. 1856 - 1880 гг. Спб.,
1901; Щепкина Е.Н. Из истории женской личности в России. СПб., 1914; Она же. Женщины
в русских университетах // Вестник Европы. 1912. № 9. С. 361-377.

9 1828 г. В ее работах, кроме большого числа официальных документов, приводятся отзывы как местных чиновников, так и простых жителей на инициативы правительства в области распространения просвещения среди девочек. Говоря о стремлении государства организовывать школы для женщин в каждой губернии, автор приводит отзывы на эту инициативу местных жителей, например, «егорьевские купцы и мещане прямо сказали, что никакой пользы от женских школ они не предвидят... дворяне воспитывают своих дочерей в институтах и пансионах; купцы считают лишним давать образование девицам, а мещане и ремесленники находят образование для своих дочерей бесполезным, если не вредным»1. Таким образом, работы Е. Лихачевой являются весьма ценным источником, так как с одной стороны содержат большое число официальных документов по женскому образованию, а с другой — показывают позицию женщин в этом вопросе.

Можно выделить группу работ посвященных непосредственно истории образования , авторы которых стремились проследить историю школы, начиная с петровских времен и до современности. В ходе исследования развития образовательной системы, уделялось значительное место и становлению женского образования, как одной из составляющих общей системы.

Довольно часто исследователи сравнивали развитие русской школы с зарубежной - «...грустно делается, когда подумаешь, что лучшие мыслители Запада давно уже ясно и просто поставили вопрос о женском образовании, между тем как у нас царствовали ещё «различные методы» (имеется в виду пансионская система воспитания). Ещё Эразм Роттердамский в XVI в. сказал: «как уважать женщину невежественную праздную ленивую?». Обучать женщину рукоделиям недостаточно; эти занятия нужны и полезны, но ум в них не участвует.

1 Лихачева Е. Материалы для истории женского образования в России. 1856-1880 гг. СПб., 1901. С. 4-5.

Алешинцев И. История гимназического образования в России (в XVIII и XIX веке). СПб., 1912; Он же. Сословный вопрос и политика в истории наших гимназий в XIX в. СПб., 1908; Григорьев В.В. Исторический очерк русской школы. М., 1900; Зинченко Н. Женское образование в России. СПб., 1903; Каллаш В.В. Очерки по истории школы и просвещения. М, 1902; Овцын Вл. Развитие женского образования. СПб., 1897; Чехов Н.В. Народное образование в России в 60-х гг. XIX в. М, 1912.

10 Знания - вот лучшая гарантия нравственности и счастья»1. Вл. Овцын, изучая в своей работе современное ему состояние женского образования, довольно в резкой форме замечал, что «в умы женщин проникло, наконец, сознание необходимости взяться за самостоятельный труд»2. В целом, основная мысль всех работ заключалась в признании того факта, что «невежество женщин опаснее невежества мужчин, потому что все наиболее важные стороны нашей внутренней жизни тесно связанны с влиянием женщин в семье»3.

Кроме того, в начале XX в. на первый план выходит еще один аспект данной проблемы - возможность высшего образования для женщин. Если начальная и средняя школы во второй половине XIX в. становятся доступны для широких слоев женского населения, то по вопросу о высшем образовании шла острая борьба, вплоть до 1917г. женщины так и не получили свободного доступа в университеты. Как результат, многие авторы стремились, показывая состояние высшего женского образования за рубежом, доказать его необходимость в России, подготовить общественное мнение к борьбе за возможность получения женщиной не только среднего, но и высшего образования4.

В первые десятилетия XX в. появляется также ряд трудов5, в которых анализировались взаимоотношения школы и общества. Это был уже следующий этап развития женского образования, заключавшийся во внутреннем преобразовании школ для девочек.

В целом, для работ первого периода характерно накопление фактического материала и частичное его осмысление. В это время намечается несколько подходов к анализу общей темы женского образования. С одной стороны оно рас-

1 Каллаш В.В. Очерки по истории школы и просвещения. М, 1902. С. 98-99.

2 Овцын Вл. Развитие женского образования. СПб., 1887. С. 3.

3 Зинченко Н. Женское образование в России. СПб., 1903. С. 7.

4 Адрианов В.П. Научные издания высших женских курсов // Журнал Министерства Народ
ного Просвещения. 1915. №9. С.1-42.; Песковский М.Л. Очерки истории высшего женского
образования в России // Наблюдатель. 1882. № 4-6; Фусата-Сузуки. Женский университет в
Японии // Сибирский наблюдатель. 1903. № 11-42. С. 240-245; Шохоль К.Р. Высшее женское
медицинское образование в России // Журнал Министерства Народного Просвещения. 1912.
№2. С. 172-208.

5 Дружинин Н.П. Какая нужна нам средняя школа? Ярославль, 1903; Дьюи Дж. Школа и об
щество. М., 1907; Миропольский С. Школа и общество. СПб., 1892.

сматривается как составная часть женского вопроса, появление которого характеризовало изменения, происходившие в обществе. С другой, в рамках истории образования, наряду с начальным, средним и мужским.

Для исследований 20-80-х гг. XX в. свойственно создание большого числа обобщающих произведений по истории школы и педагогической мысли.

Из работ 40-х гг. XX в. можно выделить книгу Н.А. Константинова1. Автор не только уделяет значительное внимание непосредственно истории развития женской школы, но и положительно оценивает это явление. Он, в частности, говорит, что «участие в организации женских учебных заведений, открываемых на частных средства, передовых педагогов помогло впоследствии поставить сравнительно высоко многие женские гимназии»2.

Но в большинстве исследований сеть дореволюционных учебных заведений предстаёт как некое единое явление в жизни России, большинство авторов не выделяли мужские и женские учебные заведения, различные ступени школы. Основное внимание уделялось народной школе3. Если и встречалось упоминание о женском образовании4, то оно рассматривалось в контексте становления и развития мужского, а не как самостоятельное явление. Поэтому сведения о количественном росте женских учебных заведений, о социальном составе учащихся, об отношении общества к проблемам женского образования весьма незначительны, к тому же эти исследования сильно идеологизированы.

Можно также выделить группу работ посвященных истории борьбы за высшее женское образование, которой, однако, придавался несколько преувеличенно-революционный характер5.

1 Константинов Н.А. Очерки по истории средней школы. М., 1947.

2 Константинов Н.А. Указ. соч. С. 15.

3 Жураковский Г.Е. Из истории просвещения в дореволюционной России. М., 1978; Кош-
ман Л.В. Фабричные школы в России первой половины XIX в. // Вестник Московского уни
верситета. Сер. IX. История. 1976. №2. С. 16-34.

4 Смирнов В.З. Реформы начальной и средней школы в 60-х годах XIX в. М., 1954; Осо-
сков А.В. Начальное образование в дореволюционной России (1861-1917). М, 1982; Очерки
истории школы и педагогической мысли. М., 1973; Очерки истории школы и педагогической
мысли народов СССР. Вторая половина XIX в. М., 1976.

5 Федосова Э.П. Бестужевские курсы-первый женский университет в России (1878-1918).
М., 1980.

Общую тенденцию, характерную для работ 20-80-х гг. XX в., наглядно показывают публикации в журнале «Педагогика» (с 1938 по 1991 гг. - «Советская педагогика»), в котором существовал специальный раздел - «История педагогики» или «История школы и педагогики». Если в 40-50-х гг. здесь еще появлялись отдельные статьи1, в которых давался анализ состоянию средней школы во второй половине Х1Х-начале XX в., то в последующем, вплоть 1992 г., основное внимание исследователей привлекала, исключительно, история педагогической мысли2.

В целом в советский период проблема дореволюционного женского образования рассматривалась исключительно в контексте истории педагогики. Тема женского движения и положения женщины в обществе вообще не поднималась.

Для современных исследований характерен повышенный интерес к истории образования вообще и женского, в частности. Появился целый пласт работ посвященных «женской истории». Весь накопленный фактический материал изучается и систематизируется. Возникают первые обобщающие работы, посвященные истории становления женского образования и культуры3.

С одной стороны в работах последнего времени продолжаются традиции предшествующего периода. Женское образование рассматривается в контексте развития дореволюционной системы образования в целом4. Продолжают издаваться сборники по истории школы и педагогической мысли5, в них уже целые главы, посвящены истории становления женского образования, как начального, так и среднего; проводится сопоставление числа учащихся среди мужского и женского населения страны. Однако для этих работ характерно преобладание

Львов К.И. Борьба П.Ф. Лесгафта за женское образование // Советская педагогика. 1950. № 6. С. 39-48; Смирнов В.З. Реформа средней школы в России в 1864 г. // Советская педагогика. 1947. №2. С. 50-66.

2 Фукс А.Н. Школьные учебники по русской истории в конце XIX - начале XX в. // Советская педагогика. 1982. № 6. С. 59-64.

Курочкина И.Н. Русская педагогика. М, 2002; Лабутина Т.Л. Воспитание и образование англичанки в XVIII в. СПб., 2001; Народное образование в России. М, 2000.

4 Латышина Д.И. История педагогики. М., 1998.

5 Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР. Конец XIX - начало XX
вв. М, 1991.

13 педагогического аспекта, т.е. изменения, происходившие в образовательной системе, рассматривается отдельно от изменений, происходивших в обществе.

В конце 90-х гг. XX в. появляется большое число статей, специально посвященных истории женской школы, но, в основном, в них анализируется положение конкретных гимназий1 в Москве и Петербурге, причем также преобладает историко-педагогический подход.

Отдельно стоит группа изданий, в которых изучается история высшего образования в целом, и проблемы становления женского высшего образования в частности . Наиболее полным среди них является исследование А.Е. Иванова , где подробно исследуется состояние «женского вопроса» в высшей школе. Автор пытается выявить взаимосвязь различных общественных явлений и, то, как они отражались на высшей школе.

Отдельные исследователи рассматривают становление женского образования в контексте истории культуры. И это, с нашей точки зрения, наиболее верный подход, так как образование, в целом, влияло на изменения в культурной и общественной жизни и, в то же время, было следствием этих изменений. Одна из первых работ, где делается попытка всестороннего анализа женского образования в России, - статья Л.Б. Хорошиловой4. Однако автор непропорционально много внимания уделяет женским учебным заведениям второй половины XVIII-первой половины XIX в., в то время как основная масса средних и начальных женских школ стали открываться лишь в 60-е гг. XIX в.

1 Христофорова Н.В. Женские гимназии в России // Педагогика. 1998. № 4. С. 80-86; Андрее
ва Е.А. Епархиальные женские училища в России // Педагогика. 1999. № 3. С. 85-91; Коше-
лева О.Е. У истоков женского образования в России // Педагогика. 1993. № 2. С. 59-64; Сле-
пенкова Е.А. Из истории женского среднего образования в России // Педагогика. 2000. № 9.
С. 74-78.

2 Ляхович Е.С., Ревушкин А.С. Университеты в истории и культуре дореволюционной Рос
сии. Томск, 1998; Олесич Н. Господин студент Императорского Санкт-Петербургского уни
верситета. СПб., 1999.

3 Иванов А.Е. Студенчество России конца XIX - начала XX вв. М., 1999; Купайгород-
ская А.П. Российские ученые - инициаторы и создатели системы высшего женского образо
вания в России // О благородстве и преимуществе женского пола. СПб., 1997. С. 71-79.

4 Хорошилова Л.Б. Женское образование и воспитание // Очерки русской культуры XIX в. Т.
3. Культурный потенциал общества. М., 2001. С. 308-364.

В целом, для современного этапа изучения истории женского образования характерно исследование более узких его аспектов, таких как: история отдельных учебных заведений, определенных проблем среднего и профессионального образования1.

Отдельно стоит группа работ, авторы которых занимаются изучением и восстановлением традиций женского движения XIX-XX вв.2 В современной российской науке сложилось несколько центров тендерных исследований: в Москве, Твери, Иваново. Крупный центр существует и на Украине - в Харькове. Однако ученые этих центров занимаются, в большей степени, тендерными исследованиями в социологии. Исключением является небольшое число сборников статей, посвященных тендерным исследованиям, в которых уделяется внимание и женскому образованию, и положению женщин в семье и обществе3. Изучению данной проблематики в историческом контексте посвящены работы Н.Л. Пушкаревой4. Интересна также монография Т.Б. Котловой5, посвященная вопросам складывания нового социокультурного типа женщины, который получил распространение в провинциальных городах России на рубеже XIX-XX в.

Афанасьев В.И., Пятов М.Л. Женское счетоводное образование в дореволюционной России // Бух. учёт. 1996. № 8; Ганичева А. Некоторые страницы из истории женского образования в России // Дошкольное воспитание. 1996. № 10; Старикова Г.Н. О роли церкви в деле народного образования в России // Культура Отечества: прошлое, настоящее, будущее. Вып. 2. Томск, 1994.

2 Рошель Дж. Ратчилд. Возвращение женской истории: пол, класс и феминизм в дореволю
ционной России // Тендерные истории Восточной Европы. Минск., 2002; Хасбулатова О.А.
Опыт и традиции женского движения в России (1860-1917). Иваново, 1994; Хасбулато
ва О.А., Гафизова Н.Б. Женское движение в России (вторая половина XIX - начало XX века).
Иваново, 2003.

3 Тендерные отношения в России: история, современное состояние, перспективы. Иваново,
1999; Женские и тендерные исследования в Тверском государственном университете. Тверь,
2000; Женщины. История. Общество. Вып. 2. Тверь, 2002; Женщины в социальной истории
России. Тверь, 1997; Женщины и российское общество: научно-исторический аспект. Ивано
во, 1995.

4 Пушкарева Н.Л. Русская женщина: история и современность. (Два века изучения «женской
темы» русской и зарубежной наукой). М, 2002; Она же. Частная жизнь русской женщины в
доиндустриальной России: невеста, жена, любовница. М., 1997; Она же. Тендерные исследо
вания: рождение, становление, методы и перспективы // Вопросы истории. 1998. №6.

5 Котлова Т.Б. Российская женщина в провинциальном городе на рубеже XIX-XX веков.
Иваново. 2003. 168 с.

Для исследований современного периода характерно большее разнообразие в подходе к рассмотрению истории женского образования, многое было взято из дореволюционного периода. В частности, на повестку дня выходят работы, посвященные «женской» истории, истории повседневности. Женское образование рассматривается как комплексная проблема.

Большой пласт литературы посвящен исследованию истории образования не в России, а в отдельно взятом регионе обширной империи. Для нас представляют интерес работы по истории развития женского образования в Сибири и в Томской губ., в частности. По хронологическому принципу их также можно подразделить на три группы.

К первой группе относятся работы, изданные до 1917 г., таких не много, и объясняется это, прежде всего, тем, что Сибирь была отдаленной провинцией. Ученые и общественные деятели Европейской России не уделяли ей должного внимания в своих работах, а местных силы были слишком незначительны.

Для этого периода характерны работы, посвященные истории Сибири, в которых наряду с описанием условий жизни в Сибири и в отдельных городах, дается и характеристика учебных заведений1. Из данных исследований можно почерпнуть лишь некий срез ситуации сложившейся к определенному году.

Появляется также ряд статей, авторы которых занимались историей образований в сибирских губерниях. Это, в первую очередь, исследования К.Е. Ельницкого и С.Чудновского . Последний провёл большую статистическую работу по выяснению общего числа учебных заведений каждой губернии Западной и Восточной Сибири, количества и социального состава учащихся. Данные авторы занимались скорее сбором и накоплением фактического материала, чем его осмыслением, они не проводили анализа сложившейся ситуации.

Азиатская Россия. Т. 1. СПб., 1914; Голодников К. Город Тобольск и его окрестности. Б.м., 1887; Город Томск. Томск, 1912; Сибирь. Ее современное состояние и ее нужды. СПб., 1908; Ядринцев Н.М. Сибирь как колония. СПб., 1892.

Ельницкий К.В. Двадцатилетие VIII-го, педагогического, класса при Омской женской гимназии // Русская школа. 1893. №11; Чудновский С. Наши учебные заведения. Школы в Сибири // Журнал Министерства Народного Просвещения. 1888. №12.

С ожиданием введения всеобщего обучения и земства в Сибири в начале XX в., появляется большое число статей1, в которых показывается состояние начального образования как мужского, так и женского в Томской губ., на Алтае, и в целом по Сибири. Авторы данных работ преимущественно обвиняли местные власти в том, что они ничего не предпринимали для распространения просвещения. Как отмечал М. Ангарский, - «по справедливости говоря, сибирская администрация душила всякую инициативу общества, в какой бы области она не проявлялась, но с особым усердием она воздвигала гонения на общества образования и разного рода просветительные учреждения. Еще не так давно -уже при «конституционном режиме» - мы были, например, свидетелями закры-тия целого ряда просветительных обществ в Сибири» . Вряд ли можно безоговорочно согласиться с подобными утверждениями, так как в начале XX в., в ожидании введения всеобщего начального обучения, местные власти много делали для просвещения народа. Подобные статьи свидетельствуют о начале идеологизации данного вопроса.

Появляются и научные работы, анализирующие состояние начального образования , они представляют несомненную ценность, так как основаны непосредственно на источниках (данных переписей, отчетах и т.п.) и систематизируют информацию, относящуюся к народному образованию. В них содержится большое количество ценных статистических данных, как по губернии, так и по России.

Другая группа работ посвящена проблеме высшего образования. Это скорее не исследования, а публицистические заметки, с помощью которых авторы

1 Ангарский М. Нужды начального образования в Сибири // Молодая Сибирь. 1909. № 9;
Арефьев Н. За пределами Европейской России. Земская школа как просветительница Сибири
// Северный Вестник. 1896. № 7; Рамзевич А. К вопросу о всеобщем обучении в Томской гу
бернии // Памятная книжка Томской губернии на 1908 г. Томск, 1908; Уманец С. Общест
венные заботы о народном образовании в Сибири // Исторический вестник. 1899. № 8.

2 Ангарский М. Указ. соч. С. 53.

3 Виноградов П.Т. Краткий очерк начального образования в Томской губернии в 1910 году.
Томск, 1912; Он же. Начальное образование в Томской губернии в 1908 году сравнительно с
земскими губерниями и культурными странами всего мира. Томск, 1910; Серебренников И.
Грамотность в Сибири по переписи 28 января 1897 года // Сибирские вопросы. 1907. № 17-
18; Рылова Е.П. Начальная школа в Алтайском округе в 1894 г. // Алтайский сборник. Т. 3.
1898.

17 пытались привлечь внимание общественности к данной проблеме1. Непосредственно Сибирским высшим женским курсам посвящена книга проф. Н.Ф. Кащенко2, вышедшая в свет в 1912 г., то есть через два года после их открытия. В ней описываются все трудности, связанные с открытием курсов: нехватка денег, слишком маленькое помещение и т. п. Как считает автор, основная причина была в том, что у мужских и женских учебных заведений были различные источники содержания. Если в мужских основную часть бюджета составляли средства государственной казны, то в женских - плата за обучение и пожертвования. Н.Ф. Кащенко также указывал на то, что об открытии курсов было сообщено довольно поздно, и это не позволило поступить в них большому количеству девушек из других городов. Главной целью своей книги автор видит необходимость познакомить читателей с нуждами курсов и собрать как можно больше средств в их поддержку. В конце своей работы он призывает всех сибиряков и сибирячек поддержать женские курсы.

Для данного периода было характерно незначительное число работ , в которых говорилось о связи образования с повышением культурной роли женщины. Традиции женского движения почти не дошли до сибирских губерний. Как отмечали современники, даже на первом женском съезде «кроме живущих в Петербурге сибирячек, в незначительном количестве присутствовавших на заседаниях, специально на съезд приехала всего одна сибирская женщина. Никаких докладов и даже приветствий ни до съезда, ни во время его из Сибири не поступало... Приходится отметить, что живущие в Петербурге сибиряки и сибирячки, довольно индифферентно отнеслись к работам съезда»4.

Бельденинов С. Сибирская молодежь в Петербургском университете // Сибирские вопросы. 1907. № 1; Нужен ли женский университет в Сибири? // Сибирские вопросы. 1909. № 14; Женщины в Томском университете // Алтайский крестьянин. 1913. № 1; Сибирские письма. Томск. // Сибирские вопросы. 1907. №31; Хроника «женского дела» // Женское дело. 1915. №15.

2 Кащенко Н.Ф. Сибирские высшие женские курсы, их положение, нужды, надежды. Томск,
1912.

3 Л. Б. Сибирь и первый женский съезд // Сибирские вопросы. 1908. № 49-52; L. Культурная
роль женщины в Сибири. Сибирские вопросы. 1908. № 49-52.

Л. Б. Сибирь и первый женский съезд // Сибирские вопросы. 1908. № 49-52. С. 160-161.

В отличие от общероссийских, для дореволюционных исследований по Сибири не было характерно особое разнообразие рассматриваемых проблем. Вопрос о женском образовании, как таковой, не ставился. Наиболее значимой темой в начале XX в. стало повышение общего уровня грамотности населения сибирских губерний вне зависимости от пола. Проблемы, связанные с борьбой женщин за расширение своих прав в различных отраслях жизни, фактически не рассматривались сибирскими авторами.

К раннему периоду советской историографии относится монография Н.С. Юрцовского1. Автор, один из первых обобщил и проанализировал богатейший фактический материал, проследил историю школы в Сибири со времени её основания до начала XX в. Это наиболее полная работа по истории просвещения, в ней приводится большое количество фактических данных не только по Сибири, по Томской губ., но и по России в целом; здесь можно найти множество таблиц, показывающих тенденции развития мужского и женского образования Западной, Восточной Сибири и Европейской России. Однако на этом достижения ранней советской историографии заканчиваются. Работы 1920-1950-х гг., посвященные истории Сибири периода капитализма, затрагивали лишь отдельные аспекты истории школы и зачастую носили популяризаторский характер.

С 50-х гг. XX в. начинается новый этап советской историографии, повышается уровень научных работ, расширяется круг объектов исследования. Проблема дореволюционной сибирской школы и женского образования нашла от-ражение в работах Ф.Ф. Шамахова . Автор ввел в оборот большое число новых источников, поднял вопрос развития не только народной, но и средней сибирской школы в конце Х1Х-начале XX в. Школа рассматривалась

1 Юрцовский Н.С. Очерки по истории просвещения в Сибири. Ново-Николаевск, 1923.

2 Шамахов Ф.Ф. Первая русская революция 1905-1907 гг. и средняя школа в Сибири // Уче
ные записки Томского государственного педагогического института. Т. 2. Вып. 1. Томск,
1942. С. 60-88; Он же. Педагогические (восьмые) классы женских гимназий Западной Сиби
ри // Ученые записки Томского государственного педагогического института. Т. 10. Томск,
1953. С. 47-102; Он же. Школа Западной Сибири в конце XIX - начале XX веков. Томск,
1957.271с.

19 Ф.Ф. Шамаховым не только с точки зрения истории педагогики, но и во взаимовлиянии с общественными изменениями. Хотя его работы не лишены некоторых идеологических штампов. Отдельные наработки по истории образования, общественной и культурной деятельности женщин содержатся в капитальном труде по истории Сибири1.

В 70-80-е гг. издаются многочисленные сборники по истории Сибири и отдельным ее регионам2. Несмотря на то, что в них находит отражение состояние женского образования в дореволюционной России, но оно довольно поверхностно, преобладают негативные характеристики. В целом же, как позитивную тенденцию, можно отметить, что вопросы развития образования авторы этих работ рассматриваются в контексте развития городов. Отдельные исследователи обращаются к совершенно новому аспекту истории образования, пытаясь проанализировать общественное значение дореволюционной школы, обращаясь к ее внутренней жизни3.

В этот период, появляются небольшие заметки, носящие в большей степени публицистический характер. Например, статья Т. Полухина4, в которой исследуется деятельность Общества попечения о начальном образовании г. Барнаула. Однако автор в основном останавливался на тех трудностях и препятствиях, с которыми пришлось столкнуться Обществу, не упоминая ни помощь города, ни тем более, участие благотворителей.

В целом, можно отметить, что для большинства работ данного периода характерен интерес к истории советских школ, а не к дореволюционному образованию, история женских школ вообще обходится стороной. Положительным же моментом исследований этого времени, на наш взгляд, является стремление к изучению истории развития учебных заведений в границах отдельного регио-

1 История Сибири. Т. 3. Ленинград, 1968.

2 Горюшкин Л.М. и др. Новосибирск в историческом прошлом (конец XIX - начало XX в.).
Новосибирск, 1978. 296 с; Малышева М.П. Из истории формирования педагогических кад
ров гражданских школ городов Западной Сибири в конце XVIII - первой половине XIX в. //
Города Сибири (эпоха феодализма и капитализма). Новосибирск, 1978. С. 189-211.

3 Дмитриев Г.П. и др. Связь школы с жизнью. Томск, 1978.

4 Полухин Т. Народные просветители // Алтайская правда.-1974.-22 нояб.

20 на. К тому же в конце 70-х гг. появляются новые подходы к изучению истории просвещения, хотя женское образование так и остается не выделенным.

В настоящее время (с рубежа 80-90-х гг. XX в. по сегодняшний день) появилось большое число исследований, рассматривающих проблему образования и культуры в границах отдельно взятого региона. Продолжаются традиции дореволюционных авторов, в произведениях которых дается анализ различных аспектов жизни города. Издаются работы по истории отдельных местностей и городов Сибири1, в которых описывается и развитие школьного дела в округе, начиная с XVIII в., выходят в свет энциклопедические издания по раз-личным регионам . В этих работах получают отражение и вопросы женского образования.

Характерны попытки нового подхода к изучению вопросов образования, например, монография А.Н. Куприянова , где становление женских учебных заведений рассматривается как одна из составляющих общественной эволюции. Автор анализирует становление как мужских, так и женских школ на примере гимназий Сибири. Его интересует не только то, какие учебные заведения открывались, какое количество девочек и мальчиков получало в них образование, но и то каковы были мнения в обществе по этому вопросу, оказывалась ли финансовая поддержка, открывающимся училищам. Однако Куприянов исследует развитие образования (и женского в том числе) лишь до середины XIX в., то есть коренные изменения в этой сфере оказались за рамками его работы. В работе В.А. Зверева4 сельские школы рассматриваются как один из факторов, способствовавших социокультурному возобновлению поколений.

Для современной историографии характерно обращение к теме истории образования и культуры в различных регионах Сибири, к истории повседневно-

1 Дмитриенко Н.М. Сибирский город Томск в XIX - первой трети XX века: управление, эко
номика, население. Томск, 2000; История Алтая. 4.1. Барнаул, 1995; Славнин В. Томск со
кровенный. Томск, 1991.

2 Энциклопедия Алтайского края. Барнаул, 1996; Новосибирск. Энциклопедия. Новосибирск,
2003; Томск от А до Я. Томск, 2004.

Куприянов А.И. Русский город в первой половине XIX в. М, 1995. 4 Зверев В А. Региональные условия воспроизводства крестьянских поселений в Сибири (1861-1917 гг.). Новосибирск, 1998.

21 сти, в которой женщина играла не последнюю роль, изучаются также традиции благотворительной деятельности. Об особом интересе к этой теме, говорит, значительное число публицистических статей. Некоторые из них посвящены истории отдельных гимназий, например, работа В. Гришаева1 о 2-ой Барнауль-ской женской гимназии М.Ф. Буткевич; О. Павловой , описывающая историю становления и развития Бийской женской гимназии. Характерна статья Б.Х. Кадикова , в которой делается попытка описания повседневной жизни бийского купечества со всеми ее недостатками и достоинствами. Большое число работ посвящено деятельности Обществ попечения о начальном образовании4, и это не удивительно, если учитывать какую огромную роль сыграли они в распространении грамотности среди сибирского населения.

С другой стороны появляются работы, в которых все эти проблемы рассматриваются с научной точки зрения. Можно выделить группу исследований, в которых дается анализ состояния женских учебных заведений в отдельных сибирских городах5. Эти работы являются первым шагом на пути к созданию обобщающих исследований.

Довольно большая группа исследований посвящена истории церковноприходских школ в Западной Сибири, и в целом роли церкви в деле народного

1 Гришаев В. Гимназия М.Ф. Буткевич // Барнаул. 1993. № 1. С.163-164.

2 Павлова О. Из истории Николаевской гимназии // Бийский рабочий. 1999. 20 июля.

3 Кадиков Б.Х. Честь купеческая // Томская старина. 1991. № 1. С. 24-25, 30.

4 Гришаев В. К 110-летию Общества попечения о начальном образовании в Барнауле // Веч.
Барнаул. 1994. 27, 29 сент.; Козлов А. Они служили просвещению // Алтайская правда. 1991.
2 июля; Юдалевич М. Барнаул (1730-1917 гг.). Барнаул, 1992.

5 Азбукина Е.Ю. К вопросу о качестве образования в средней общеобразовательной школе на
рубеже XIX - XX вв. // Шамаховские чтения. Томск, 2001. с. 113-117; Корнажевская Л.А.
Учебные заведения Омска (конец XVIII - начало XX вв.) // Проблемы культуры городов Рос
сии. Ишим-Омск, 1997. С. 60-63; Терновая И.И. Женские учебные заведения в городе Иркут
ске во второй половине XIX - начале XX веков // Сибирский город XVIII - начала XX в.
Вып. 2. Иркутск, 200. С. 88-98; Красовский А. Мужская и женская гимназии г. Енисейска на
рубеже XIX - XX вв. // Формирование культурно-исторической среды в крае в XIX - XX вв.
Красноярск, 2000. С. 35-42; Таранова Е.В. Средние учебные заведения г. Тюмени в XIX веке
// Тобольский исторический сборник. Вып. 2. Тобольск, 1997. С. 63-66; Назаренко И.Р. Исто
рия развития гимназий на Алтае // Регионализация образования. Ч. 3. Барнаул, 1994. С. 86-
89; Она же. История средней школы России // Новая школа. Барнаул, 1994. С. 113-116.

22 просвещения1. Эти работы содержат, несомненно, интересные сведения, но в них не прослеживается, например, количество мальчиков и девочек, в общем числе учащихся, социальная и половая принадлежность учителей. С одной стороны, это понятно, так как начальная школа, особенно низших ступеней, предназначалась для детей обоего пола, но с другой стороны, в различных типах низших школ, наблюдалась разное соотношение учеников и учениц. И наименьший процент девочек обучался зачастую в церковно-приходских школах.

Небольшое число работ освящает историю профессиональной женской школы, это связано с тем, что подобный вид учебных заведений не был достаточно распространен в Томской губ. Исследователи выделяют педагогическое образование (VIII классы женских гимназий), медицинские и ремесленные школы2.

Другая группа авторов занимается исключительно историей высшего женского образования3. Здесь необходимо отметить работы К.И. Могилышц-кой4, посвященные истории развития Сибирских высших женских курсов в Томске и борьбе за высшее женское образование в Сибири. В ее исследованиях проводится анализ положения конкретных учебных заведений, социального состава воспитанниц, а также состояния общественного мнения относительно

Быкова Т.А. К вопросу о церковном просвещении сибирского населения (II половина XIX в.) // Православие и Россия: канун третьего тысячелетия. Томск, 2000. С. 31-33; Она же. Начало школьного духовного образования в сибирском регионе (XVIII - XIX вв.) // Вестник Томского педагогического университета. Вып. 4. Томск, 2000. С. 51-55; Гизей Ю.Ю. Цер-ковно-приходская школа в системе образования Западной Сибири (конец XIX - начало XX вв.) // Русские старожилы. Тобольск-Омск, 2000. С. 144-145.

2 Колокольникова З.У. Математическое образование в Сибири в конце XIX - начале XX в. //
Образование и социальное развитие региона. 1998. № 1; Сковородина И.С. Количественный
рост, территориальное размещение и профиль специальных учебных заведений в Западной
Сибири в конце XIX - начале XX вв. // Сибирь в составе России XIX - начало XX вв. Томск,
1999; Широкова М.П. Зарождение и становление профессионально-педагогического образо
вания в Сибири (конец XIX - начало XX веков) // Вестник ТГПУ. Вып. 4. Томск, 2000.

3 Исаева Т.А. Становление и развитие высшего педагогического образования в Западной Си
бири // Известия АГУ. 1999. № 4. С. 61-64.

4 Могильницкая К.И. Очерки становления высшего образования в Сибири. Томск, 1997; Она
же. Сибирские высшие женские курсы // Исторический опыт хозяйственного и культурного
освоения Западной Сибири. Кн. 2. Барнаул: изд-во Алт. ун-та, 2003. С. 465-469; Она же. Том
ский университет - колыбель высшего женского образования в Сибири // Экономические
чтения. Вып. 3. Томск, 1998. С. 5-8; Она же. У истоков высшего экономического образования
в Сибири: проф. М.Н. Соболев. Томск, 2001.

23 свободного доступа женщин в университеты. Как отмечала К.И. Могильницкая, - «Томск стал колыбелью не только высшего образования в Сибири в целом, но и женского в частности» . В контексте исследования праздничной культуры горожан освещаются отдельные аспекты школьных праздников и повседневной жизни гимназий2.

Из общей массы исследований выделяется ряд статей В.П. Бойко, В.А. Скубневского, А.В. Старцева, в которых изучается история благотвори-

тельности в Томской губернии, в Сибири в целом . Эти работы имеют непосредственное отношение к проблеме становления женского образования в регионе, так как начальные и женские школы существовали во многом благодаря пожертвованиям. Кроме того, характеристика благотворительной деятельности показывает отношение общества к данному вопросу. Отдельные исследования характеризуют роль местного самоуправления в деле распространения просвещения, к ним относятся статьи В.А. Скубневского, К.В. Лена и Л.А. Ереминой4. Например, К.В. Лен приходит к выводу, что многие учебные заведения города возникли и содержались с помощью благотворительности, но при живом уча-

Могильницкая К.И. Очерки становления высшего образования в Сибири. С. 51.

2 Гришаев В. Утраченная кантата // Алтайская правда. 1992. 10 окт. (№181-182); Муравлев А.
Звезда на елке // Свободный курс. 1999. 1 янв.; Паршукова Н.П. Литературные праздники в
Барнауле в конце XIX - начале XX в. // Исторический опыт хозяйственного и культурного
освоения Западной Сибири. Барнаул: изд-во Алт. ун-та, 2003. С. 477-480.

3 Бойко В.П. Благотворительность западносибирского купечества в области народного обра
зования в XIX веке // Вестник ТГПУ. Вып. 4. Томск, 2000, С. 56-61; Дегальцева Е.А. Обще
ственная благотворительность Западной Сибири (XIX - начало XX в.) // Вопросы истории
Сибири XX в. Вып. 5. Новосибирск, 2000. С. 47-69; Скубневский В.А. Духовный мир барна
ульского купечества // Труды государственного музея истории, литературы, искусства и
культуры Алтая. Вып. 7. Барнаул, 1999. С. 88-89; Старцев А.В. Меценаты. Штрихи к соци
альному портрету // Алтайский сборник. Вып. XIV. Барнаул, 1991. С. 56-64; Он же. Общест
венная и культурная деятельность предпринимателей Алтая // Предпринимательство на Ал
тае XVIII в. - 1920-е годы. Барнаул, 1993. 113-128.

4 Скубневский В.А. Грамотность городского населения Сибири // Актуальные проблемы со
циологии, психологии и социальной работы. Вып. 3. Барнаул, 1994. С. 242-253; Он же. Роль
купечества в развитии народного образования Барнаула во второй половине XIX - начале
XX вв. // Культурное наследие Сибири. Барнаул, 1994. С. 46-57; Лен К.В. Деятельность го
родской Думы в вопросах народного образования (70-е - 90-е гг.) XIX в. // Проблемы, охра
ны, изучения и использования культурного наследия Алтая. Барнаул, 1995. С. 194-196: Ере
мина Л.А. Деятельность органов городского самоуправления Западной Сибири в конце XIX
- начале XX в. по развитию народного образования // Вопросы истории Сибири XX века.
Новосибирск, 2000. С. 87-97.

24 стии городских органов власти. Конкретно теме женской благотворительной деятельности посвящено исследование Г.К. Скачковой1, как утверждает автор: «деятельность женских благотворительных обществ... составляет несомненную познавательную ценность для современных исследователей, занимающихся изучением женского вопроса в Сибири. Все эти инициативы не утратили своей актуальности и в настоящее время»2.

В последнее время стали появляться работы, для которых характерен новый подход к рассмотрению роли женщины в сибирском социуме. Это, в част-ности, монографии Ю.М. Гончарова , в которых автор затрагивает проблемы женского образования, положения женщины в семье и обществе. Ряд статей Н.П. Матхановой и Ю.М. Гончарова5 посвящен непосредственно «женской истории» в Сибири.

Различные аспекты истории женского движения, женской личности рассматриваются на материалах отдельных областей Сибири. В работах А.В. Ли-сичникой дается анализ положения учителей Иркутска в конце Х1Х-начале XX в. . Исследованию женского населения Тобольской губ. посвящены статьи Г.К. Скачковой7.

Скачкова Г.К. Женская благотворительная деятельность в Тобольской губернии // Тобольский исторический сборник. Вып. 2. Ч. 1. Тобольск, 1997. С. 49-57.

2 Там же. С. 57.

3 Гончаров Ю.М. Городская семья Сибири второй половины XIX - начала XX в. Барнаул,
2002; Он же. Очерки истории городского быта. Новосибирск, 2004.

4 Матханова Н.П. Участие женщин в управлении в Сибири XIX века // Сибирь на этапе ста
новления индустриального общества в России (ХГХ-начало XX вв.). Новосибирск, 2002.

С.113-115.

5 Гончаров Ю.М. Будни Барнаульской женской гимназии глазами учителя (по материалам
дневника Н.Ф. Шубкина) // Краеведческие записки. Вып. 5. Барнаул, 2003. С. 137-146; Гон
чаров Ю.М. Женщины фронтира: сибирячки в региональном социуме середины XIX - начала
XX в. // Социальная история. Ежегодник, 2003: Женская и тендерная история. М., 2003. С.
324-341.

6 Лисичникова А.В. Образ жизни учительской интеллигенции Иркутска II половины XIX ве
ка // Сибирский город XVIII - начала XX в. Вып. 2. Иркутск, 2000. С. 98-110; Она же. Учите
ля Иркутска (вторая половина XIX в.) // Педагогика. 2000. № 6.

7 Скачкова Г.К. Социо-культурный облик образованной женщины Тобольской губернии (ко
нец XIX - начало XX вв.) // Русские старожилы. Тобольск-Омск, 2000. С. 322-325; Она же.
Обзоры Тобольской губернии как исторический источник по изучению женского населения
региона (конец XIX - начало XX вв.) // Историко-культурное развитие Западной Сибири в
XVII-XX вв. Томск, 2002. С. 40-43

В целом, можно отметить, что в современной историографии проблема женского образования и женщины в истории изучается с различных сторон. Продолжаются традиции дореволюционных и советских авторов по анализу народного образования и педагогических основ школы. Появляется большое число новых подходов, рассматривающих становление женских учебных заведений как один из основных показателей модернизации общества. На данном этапе идет процесс анализа отдельных составляющих общего вопроса женского образования второй половины Х1Х-начала XX в. Одни работы имеют несколько поверхностный характер, другие рассматривают конкретно взятый вопрос, как бы выхватывая его из общего контекста. Авторы либо бегло охватывают всю территорию Западной Сибири, либо останавливаются на отдельно взятом городе. В статье томской исследовательницы В.В. Верхотуровой1 предпринята попытка анализа состояния женского образования в Сибири. Однако, ставя слишком широкую задачу для небольшой публикации, автор только обозначает некоторые аспекты данной проблемы. Таким образом, в исследованиях не делается попытки разностороннего анализа проблемы женского образования, в отдельном регионе, за исключением работы Г.К. Скачковой2, посвященной образованию и общественной деятельности женщин Тобольской губ. второй половины Х1Х-начала XX в.

В целом, в работах дореволюционных, советских и современных исследователей затрагивались лишь отдельные сюжеты истории женского образования в Сибири. Таким образом, современная историографическая ситуация делает изучение истории женского образования в Томской губ. второй половины XIX-начала XX в. актуальной и научно значимой.

Целью данной работы является исследование процесса развития женских и смешанных учебных заведений, и его влияние на изменение культурной роли женщины в Томской губернии во второй половине Х1Х-начале XX в.

1 Верхотурова В.В. Развитие женского образования в Сибири во второй половине XIX - на
чале XX вв. // Историко-культурное развитие Западной Сибири в XVII-XX вв. Томск, 2002.
С. 81-84.

2 Скачкова Г.К. Образование и общественная деятельность женщин Тобольской губернии
второй половины XIX - начала XX в. (1860-1917 гг.). автореферат на...к.и.н. Омск, 1998.

26 Для достижения указанной цели предполагается решить следующие задачи:

выяснить основные направления политики по вопросу женского просвещения, а также состояние начального и среднего женского образования в России во второй половине Х1Х-начале XX в.;

рассмотреть появление «женского вопроса», его воплощение в российской действительности, а также определить его роль в распространении просвещения среди женщин;

выявить тенденции развития начальных школ Томской губ., сопоставить темпы развития сельских и городских школ;

исследовать динамику развития средних женских учебных заведений;

рассмотреть возможности получения высшего образования в Томской губ., и отношение в обществе к этому вопросу;

рассмотреть взаимоотношения общества и школы, влияние последней на культурный уровень населения, показать изменение роли женщины в сибирском социуме;

- исследовать повседневную жизнь женской гимназии.
Хронологические рамки исследования (вторая половина Х1Х-начало

XX в.) связаны с основными моментами в становлении и развитии женского образования. В конце 50-х-начале 60-х гг. XIX в., как в России в целом, так и в Томской губ., под влиянием общественного подъёма стали учреждаться всесословные женские учебные заведения, шло становление начальной школы, то есть происходило создание полноценной системы женского образования. С установлением советской власти в Сибири (к 1919 г.) и женские гимназии и высшие женские курсы прекратили своё существование, их место заняли «Единые трудовые школы».

Территориальные рамки работы включают Томскую губ., а после 17 июня 1917 г., когда Временным правительством было принято решение о разделении Томской губернии, также и Алтайскую, в состав которой вошли Барнаульский, Каменский, Славгородский, Змеиногорский и Бийский уезды.

По данным «Географическо-статистического словаря» Томская губерния занимала площадь в 15688,6 кв. км. или 759068 кв. в. и составляла 6% всей площади Сибири и (что равнялось 18% всей площади Европейской России)1. В 1888 г. Томск становится первым университетским городом в Западной Сибири, а в 1910 г. здесь открылись первые и единственные за Уралом женские высшие курсы, которые в 1914 г. получили статус высшего учебного заведения. Таким образом, в Томской губ. в начале XX в. сложилась полноценная система женского образования, от низших ступеней и до высшей школы.

В работу также включена глава, посвященная исследованию состояния и развития женских начальных, средних школ и высших курсов в России в целом. Сибирские гимназии не были самостоятельным явлением, а являлись частью системы женского образования Российской империи. Для того чтобы выявить особенности формирования учебных заведений для девочек в Сибири необходимо знать основные тенденции развития женского образования в России.

В современной науке существует множество методологических подходов к изучению истории России второй половины Х1Х-начала XX в. Одним из наиболее популярных является модернизационный подход. Под модернизацией понимается, в первую очередь, переход от традиционного общества к современному. Существенными признаками модернизации являются: возникновение современной личности, развитие образования, утверждение светской системы ценностей, индустриальный и урбанистический образ жизни, гражданское общество и т.д.2

В то же время развитие образования, расширение прав женщин, вовлечение их в общественную жизнь являются важными показателями модернизации. Не случайно период второй половины Х1Х-начала XX в. в истории России в последние годы принято называть периодом модернизации.

Известный российский социолог и демограф А. Вишневский в работе «Серп и рубль: консервативная модернизация в СССР» (М, 1998), говоря о

1 Географическо-статистический словарь Российской империи. Т. 5. СПб., 1885. С. 171.

2 См.: Крупина Т.Д. Теория «модернизации» и некоторые проблемы развития России конца
XIX-началаXXвв.//История СССР. 1971. № 1. С. 191-206.

28 кризисе патриархальной семьи, отмечает, что «главной силой, взорвавшей изнутри старинный семейный уклад и ускорившей его кризис, стала женщина... по-новому воспринималось положение женщины в семье, нарастало их недовольство. Интуитивное, плохо осмысленное, оно, тем не менее, было ответом на менявшиеся условия, и само было частью перемен, которые подспудно вызревали в России»1.

Сторонники модернизационного подхода предложили преодолеть упрощенный, событийно-политизированный подход к освещению прошлого. Они обратили внимание на человека как на субъект истории, на те внутренние взаимосвязи между разнообразными сферами его социальной деятельности, которые обеспечивали развитие общества, его целостность и неповторимость на каждом этапе. Сторонники нового подхода стали именовать себя приверженцами социальной истории, которая включала в себя и историю частной жизни, и историю повседневности2.

Развитие системы образования свидетельствовало об изменениях, происходивших в обществе, и способствовало созданию нового типа личности, характерного для новой эпохи.

Важными для нашей работы являются и теоретические наработки специалистов по тендерной истории. Культурные роли женщин и доступ их к образованию являются одними из основных моментов анализа в тендерных исследованиях.

Определенным препятствием в применении тендерного подхода к историческим исследованиям, является отсутствие единого мнения о том, что такое гендер и тендерные исследования, нечеткое понимание соотношения тендерных исследований с традиционными, и, так называемыми, женскими.

Первоначально концепция «тендера» способствовала появлению, исследований, в которых «история женщин» была четко отделена от «истории мужчин». Предлагалось даже «заменить термин «history» (который можно прочи-

1 Вишневский А. Серп и рубль: консервативная модернизация в СССР. М., 1998. 432 с.

2 См.: Пушкарева Н.Л. Тендерные исследования: рождение, становление, методы и перспек
тивы // Вопросы истории. 1998. №. 6. С. 76-86.

29 тать и как «his story»: дословно «его история», «история мужчины») - новым термином «herstory» (т.е. «ее история», «история женщины»)1. Однако достаточно быстро пришло понимание, что создание обособленной «женской» и «мужской» истории может завести в тупик.

В середине 80-х гг. прошлого века после статьи Дж. Скотт , большинство исследователей согласилось с тем, что тендерный подход и учет тендерного фактора необходим в любых социальных исследованиях. К этому времени относится и выработка современной трактовки термина «гендер». Тендер обозначал отказ от биологического детерминизма, подразумеваемого при употреблении таких терминов как пол или половые различия. «Те, кто боялись, что женские исследования сосредотачиваются слишком узко, использовали термин «гендер» для введения понятия относительности»3. Согласно этой точке зрения, женщины и мужчины определяются в терминах друг друга, понимание ни тех, ни других не может быть достигнуто раздельным изучением. Тендерная история избирает своим предметом диалог полов, «не обязательно в плане их иерархии, но именно в плане реконструкции исторической эволюции различных форм их взаимодействия и взаимодополнения»4.

Тендерная методология предполагает не только экспертизу социально-исторических явлений с учетом фактора пола, но и изучение, опосредованной отношениями полов, социальной действительности, ее изменений в пространстве и во времени.

В работе рассматривается тендерный аспект истории образования, изменения, происходившие в общественном мнении, по вопросу женского образования.

1 Пушкарева Н.Л. Тендерные исследования: рождение, становление, методы и перспективы //
Вопросы истории. 1998. №. 6. С. 77-78.

2 Дж. Скотт Гендер: полезная категория исторического анализа // Введение в тендерные ис
следования. Ч. 2. Харьков, 2001.

3 Дж. Скотт Гендер: полезная категория исторического анализа // Введение в тендерные ис
следования. Ч. 2. Харьков, 2001.

4 Пушкарева Н.Л. Указ. соч. // Вопросы истории. 1998. № 6. С. 82.

Тендерный подход предполагает активное привлечение методов разных дисциплин. В работе мы опираемся на общенаучные принципы исследования, в частности, системный подход, что позволяет рассматривать историю женского образования в Сибири как целостную систему, изменения в одной части которой неизбежно ведут к изменениям в другой. Например, открытие начальных народных школ привело к демократизации социального состава учащихся гимназий. Нами также был использован историко-генетический и историко-сравнительный методы, с помощью которых, с одной стороны, удается проследить становление и развитие женских учебных заведений, вплоть до их исчезновения, а с другой стороны, сопоставить темпы развития, охват женской части населения начальным и средним образованием в Европейской России и в Сибири.

Источникоеая база исследования. При решении поставленных задач использовались различные виды источников. В первую очередь это группа законодательных источников. В работе использовались акты, опубликованные в Полном собрании законов Российской империи. Особый интерес Для нас представляли основные Положения по среднему женскому и начальному образованию, в которых устанавливались общие правила по управлению, по учебной и хозяйственной частям учебных заведений Российской империи. Также в работе использовались различные тематические сборники1. Весьма информативны циркуляры по Западно-Сибирскому учебному округу . Они включают в себя различные постановления по учебным заведениям, касающиеся всех сторон жизни школ Томской и Тобольской губ., а также по Акмолинской обл. Так как в ведении попечителя учебного округа находились практически все, даже мелкие вопросы. Он утверждал кандидатуры преподавателей, программы обучения. Чтобы провести вечер или устроить экскурсию необходимо было также

1 Вопросы народного образования: (Барнаул 1878 - 1916 гг.) // Барнаульская городская Дума,
1877 - 1996. Барнаул, 1999; Дореволюционная гимназия: организация и содержание обуче
ния. М., 2000; История Томского политехнического института в документах. Т. 1. 1899-1917.
Томск, 1975.

2 Циркуляр по Западно-Сибирскому учебному округу. Б. м., 1900; Циркуляр по Западно-
Сибирскому учебному округу. Б. м., 1905.

31 обращаться за разрешением к попечителю. Ценность данного вида источников заключается в том, что они позволяют судить об изменениях государственной политики в области женского образования всех ступеней.

Особое значение для нашей работы имеют нормативные источники. К ним относятся программы и правила средних учебных заведений1, как мужских, так и женских, которые позволяют увидеть различия между программами, условиями приема в данные школы и правами, получаемыми по их окончанию. Однако эти программы относятся уже к началу XX в., что затрудняет анализ тенденций развития образования во второй половине XIX в. Также мы опирались на правила и условия приема в высшие учебные заведения, в том числе и на высшие женские курсы в Томске2.

Чрезвычайно информативна делопроизводственная документация. В опубликованных источниках она представлена отчетами различных общественных организаций, конкретных учебных заведений и отчетами в целом по учебному округу . В них содержится достоверная информация о числе школ, количестве учеников, объеме имеющихся средств, а также о результатах деятельности обществ за истекший период времени.

К другой группе относятся статистические источники. Наиболее полные данные по истории просвещения можно найти в «Памятных книжках Западно-Сибирского учебного округа». В них дается описание существующих женских учебных заведений, как средних, так и начальных, в городах и округах Томской и Тобольской губ., кроме того, приводятся данные о числе учащихся и препо-

1 Елисеев В. Программы и правила женских гимназий и прогимназий Министерства Народ
ного Просвещения. М.-Одесса, 1911; Программы и правила мужских гимназий и прогимна
зий Министерства Народного Просвещения. Одесса, 1912.

2 Правила о Сибирских Высших женских курсах в Томске. Томск, 1910; Условия приема в
число студентов Медицинского и Юридического факультетов Императорского Томского
Университета в 1907-1908 году. Томск, 1907.

3 Отчет о состоянии и деятельности Сибирских высших женских курсов за 1911/1912 учеб
ный год. Томск, 1913; Отчет о деятельности Общества для доставления средств Сибирским
высшим женским курсам в Томске за 1911/1912 учебный год. Томск, 1912; Отчет правления
Общества вспомоществования нуждающимся учащимся средне-учебных заведений г. Бар
наула за 1913 г. Барнаул, 1914; Извлечения из отчетов попечителя Западно-Сибирского
учебного округа о состоянии учебных заведений за 1889 г. Томск, 1891; Отчет Общества по
печения о начальном образовании в г. Барнауле за 1911 г. Барнаул, 1912.

32 давателей, о размере платы за обучение и т.д. Подробную информацию о грамотности в Томской губернии можно найти в материалах Первой всеобщей переписи населения 1897 г.1 Она же дает возможность увидеть общее соотношение грамотных и неграмотных мужчин и женщин в губернии, уровень образования в различных сословиях. Также нами были использованы материалы однодневной переписи по г.Барнаулу, произведенной в 1895 г., Бюллетени Алтайского губернского статистического бюро, в которых приводятся данные обследования школьной сети на 1918-1919 учебный год2. Кроме того, некоторые данные по истории женского образования, используемые в работе, мы почерпнули из справочных книг3, в которых содержатся численные сведения о средних женских заведений по городам губернии.

Для реконструкции повседневной и внутренней жизни женской гимназии использовались дневники и мемуары преподавателей и учащихся школ4. Хотя они зачастую не содержат обильного фактического материала, но хорошо передают «дух эпохи», настроения, царившие в обществе относительно женских школ. Так, например, в статье «Первый год моей учительской деятельности»5 приводятся воспоминания о первых впечатлениях молодой учительницы, оказавшейся в начальной народной школе. Она, в частности, говорит о бедности подобных школ, особенно в сравнении с городскими гимназиями. Весьма интересна «Семейная хроника» Ф.Ф. Ларионова6 — это один из немногих документальных памятников, характеризующих жизнь интеллигента на Крайнем Севере

Первая Всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. Т. 78. Тобольская губерния, 1905. Т. 79. Томская губерния, 1904.

2 Бюллетени Алтайского губернского статистического бюро. 1920. № 1-2.

3 Дополнения к справочной книге «Учебные заведения ведомства Министерства Народного
Просвещения». По 1 января 1907 г. СПб., 1907; Список учебных заведений ведомства Мини
стерства Народного Просвещения (кроме начальных) по городам и селениям. СПб.,1908;
Штейнфельд В. Справочник по городу Бийску и Бийскому уезду 1911 г. Бийск, 1911.

4 Зверева К.Е., Зверев В.А. Деревенская учительница о «темных сторонах» педагогической и
медицинской культуры крестьян // «Сибирь - мой край...»: Проблемы региональной истории
и исторического образования. Новосибирск, 1999. С.79-92; Кропоткина B.C. Воспоминания //
Мемуары сибиряков. XIX век. Новосибирск, 2003. С.88-156.

5 Первый год моей учительской деятельности (из воспоминаний народной учительницы) //
Русская школа. 1893. № 9-10.

6 Ларионов Ф.Ф. Семейная хроника. Шадринск, 1993.

33 в конце XIX - начале XX в., он дает представление об огромном культурном значении личности учителя того времени. В работе мы использовали и воспоминания и дневники учащихся1. К сожалению, большинство воспоминаний учениц относится уже ко времени пребывания их в высшей школе, и на жен-ских курсах, находящихся в Москве и Петербурге .

Наиболее ценным источником для нашего исследования были дневники учителя словесности Н.Ф. Шубкина. Он долгое время проработал в Барнаульской женской гимназии, затем вел уроки в мужской гимназии, и был председателем попечительного совета 2-й женской гимназии. Из дневника Н.Ф. Шубкина3 можно почерпнуть интересные сведения, например, автор проводит сравнение мужской и женской гимназий, отмечая, что в последней было больше свободы общения.

Ценным источником являются материалы периодической печати того времени. На страницах газет и журналов обсуждались наиболее животрепещущие проблемы. Причем вопросы образования в Сибири и Томской губ. поднимали не только местные издания: журнал «Сибирский наблюдатель», газеты «Сибирский листок», «Сибирская газета», «Томские губернские ведомости», «Жизнь Алтая», но и центральные - такие как «С.-Петербургские сенатские ведомости», «Сибирские вопросы». Например, на протяжении двух номеров в «Сибирских вопросах», обсуждалось «Дело» о начальнице тюменской гимназии4, в полном объеме были приведены и прошения родителей, попечительного совета, и ответы попечителя учебного округа. В целом этот источник позволяет увидеть, какие проблемы были наиболее значимы для местного населения в конце ХГХ-начале XX в.

1 Дневник гимназистки // Сибирская старина. 1993. № 4. С. 34-36; Дурылин С. В школьной
тюрьме. Исповедь ученика. М., 1907. 32 с.

2 Андреева-Бальмонт Е.А. Воспоминания. М., 1996; Тыркова-Вильямс А.В. Воспоминания.
То, чего больше не будет. М., 1998; Харузина В.Н. Прошлое. Воспоминания детских и отро
ческих лет. М., 1999; С.-Петербургские Высшие женские (Бестужевские) курсы. Л., 1965.

3 Шубкин Н.Ф. Повседневная жизнь старой русской гимназии (Из дневника словесника
Н.Ф. Шубкина). СПб., 1998.

4 «Дело» о начальнице тюменской гимназии // Сибирские вопросы. 1907. № 15-16.

Наиболее значимую и многочисленную группу источников составляют различные делопроизводственные материалы Государственного архива Томской области, Центра хранения архивного фонда Алтайского края и Государственного архива Новосибирской области.

Для нашего исследования наибольший интерес представляют статистические сведения и отчеты инспекторских ревизий о состоянии учебных заведений различных городов и округов Томской губ., предоставляемые в управление Западно-Сибирским учебным округом и дирекции училищ Томской губ.1, а также различные делопроизводственные документы. Статистические сведения и отчеты по управлению подавались женскими гимназиями и прогимназиями, и включали в себя данные о числе преподавателей,'уровне их образования, источниках доходов, сведения о количестве учащихся, выбывших, их сословной принадлежности. Однако, несмотря на то, что учебные заведения обладали спе-циальными бланками, которые необходимо было только заполнить, многие пункты игнорировались. А от Барнаульской прогимназии, например, поступило

следующее сообщение - «в прогимназии вообще не имеется указаний, какие именно донесения должны быть отправлены от нее, куда именно, в какие сроки и по какой форме»2. В целом, можно отметить большую дисциплинированность школ Тобольской губ., от которых ежегодно поступали полные отчеты.

Что же касается большого числа сельских школ, то здесь основная информация содержится в различных справочных изданиях. Отчеты же инспекторских ревизий малоинформативны, т.к. во-первых, их сохранилось очень мало, а во-вторых, в них дается скорее характеристика качества преподавания отдельных школ. В ведении каждого инспектора находился определенный район, где он следил за общим направлением воспитания учащихся, степенью их умственного, нравственного и физического развития, под его контролем также находилось общее состояние учебных заведений, пригодность помещений к занятиям, уровень образования учителей, и т.п. Но данные этих отчетов во многом

1 ГАТО. Ф. 125. Оп. 1; Ф. 126. Оп. 3; Ф. 99. Оп. 1,2.

2 ГАТО. Ф. 125. Оп. 1. Д. 658. Л. 53.

35 носят субъективный характер, все зависело от личности инспектора, от уровня его образования, зачастую инспектор наведывался в учебное заведение раз в два-три года. Например, в 1910/1911 учебном году из всех школ 2-го района Томской губ. было обревизовано около 27%. Как отмечал попечитель учебного округа Л. Лаврентьев: «Это слишком мало. На осмотр употреблено 30 дней, следовательно, на каждое училище по 0,65 дня. Если же принять во внимание большие переезды, на которые вы указываете, то на школу не придется и V* дня. Такой спешный осмотр я не могу признать соответствующим положению дела и полезным. Нужно не только уяснить себе как занимается учитель, но и нужно показать, как надлежит заниматься, дать совет какие книги выписать, с какими руководствами ознакомиться; нужно осмотреть библиотеку, познакомиться с хозяйством училища, выяснить отношение местного общества к школе и учителю и т.д. Всего этого в два часа конечно не сделать»1. Достаточно часто инспектора попадали в школу во время каникул, и составляли свой отчет исключительно по словам местных жителей.

Значительное количество фактического материала содержится в фондах самих женских учебных заведений. Здесь необходимо отметить, что фонды Томских женских гимназий и прогимназий очень бедны, в них сохранились лишь отдельные протоколы испытательных комиссий и заседаний педагогиче-ских советов . Чего нельзя сказать о фондах Барнаульских и Бийских женских учебных заведений . Наиболее полные сведения отложились в фонде Барнаульской 1-ой гимназии, что связано ещё и с более длительным временем её существования (1877-1919 гг.) по ним можно проследить не только количественный рост учениц, но и изменения их социального состава, которые произошли за период существования гимназии. Здесь проводился и погодовой учёт источников содержания, что позволяет провести сравнительный анализ этих источников для мужских и женских гимназий, для средних и начальных школ. В фондах гимназии содержится интересный и очень важный, на наш взгляд, документ

'ГАТО. Ф. 100. Оп. 1.Д.315.Л. 88-88об.

2 ГАТО. Ф. 148. Оп. 1; Ф. 156. Оп. 1; Ф. 157. Оп. 1;. Ф. 185. Оп. 1; Ф. 186. Оп. 1.

3 ЦХАФ АК. Ф. 36. Оп. 1,2,2 доп.; Ф. 45. Оп. 1; Ф. 47. Оп. 1; Ф. 87. Оп. 1; Ф. 214. Оп. 1.

36 - «Записка по вопросу о преобразовании Барнаульской женской прогимназии в гимназию»1. В нём приводится богатый фактический материал, который показывает настоятельную потребность жителей города в полной женской гимназии. В заключение говорится о необходимости развития женского образования вообще и о стремлении не отстать в этом вопросе от Европейской России.

Что касается двух других барнаульских гимназий, то здесь сведений намного меньше. В документах 2-ой гимназии имеются данные о количестве учащихся девочек и распределении их по сословиям2, но и это позволило выявить определённые предпочтения различных слоев общества в выборе учебного заведения. Не очень богат материалами фонд 3-й гимназии. В нем сохранилось, например, прошение об открытии 5-го класса при прогимназии (преобразована в гимназию в 1917г.) в связи с недостатком мест в пятых классах «казённой и частной гимназии» г. Барнаула3.

В фондах учебных заведений сохранились и личные дела, и формулярные списки преподавателей и служащих4, в которых отражены и уровень образования, и сословная принадлежность, и опыт работы и размер жалованья.

В фондах Бийской женской гимназии имеются сведения о финансировании этого учебного заведения, о размере платы за обучение5, интересно, что в счёт оплаты принимали и муку, и дрова. Здесь также находится прошение родителей о необходимости открытия дополнительного первого класса6, что свидетельствует о росте числа желающих дать своим дочерям среднее образование.

Практически не сохранилось документов по 1-му женскому высшему начальному училищу г. Барнаула, что особенно заметно на фоне хорошей подборки материалов по 2-му училищу, где есть сведения и об общем числе уче-

1 ЦХАФ АК. Ф.36. Оп. 2. Д.866.

2 ЦХАФ АК. Ф. 45. Оп. 2. Д. 5, 7, 31.

3 ЦХАФ АК. Ф. 47. Оп. 1. Д. 1. Л. 17.

4 ЦХАФ АК. Ф. 36. Оп. 1. Д. 86, 95; Оп. 1 доп. Д. 1-3; Оп. 2. Д. 243, 245,247,251-294.

5 ЦХАФ АК. Ф. 180. Оп. 1. Д. 6.

6 ЦХАФ АК. Ф. 180. Оп. 1. Д. 22. Л. 3.

37 ниц, и о распределении их по сословиям, и об источниках содержания1. Скорее всего, это связано с пожаром 2 мая 1917 г., так как в документах говорится, что в огне сгорело почти всё имущество училища. Но зато в фондах первого училища сохранилось ходатайство заведующей о введении в программу преподавания французского языка, так как его отсутствие служит «препятствием для перехода из училища в гимназию»2. Это свидетельствует о стремлении связать начальную и среднюю ступени школы и создать полноценную систему женского образования.

Для нашего исследования несомненный интерес представляют протоколы педагогических советов женских гимназий, которые в наиболее полном объеме

сохранились в фондах 1-ой Барнаульской женской гимназии . На заседаниях педагогических советов обсуждались успеваемость и поведение учениц, разрабатывались программы различных праздничных мероприятий.

В работе использовались и делопроизводственные материалы из фондов Барнаульской и Бийской городских дум, на заседаниях которых часто рассматривались проблемы образования, оказывалась помощь в финансировании благотворительных заведений. Например, в 1878 г. решался вопрос об открытии в Бийске городского училища4, как выяснилось, главная проблема состояла в изыскании средств, и Дума была вынуждена обратиться к мещанскому обществу за помощью, но получила отказ. В результате, училище удалось открыть на пожертвования А.Ф. Морозова. В Барнаульской городской думе вопросы образования и, в частности, женского образования также стояли не на последнем месте. Так, на заседаниях Думы обсуждался вопрос о приёме частной гимназии М.Ф. Буткевич в ведение города; решались проблемы финансирования введения всеобщего начального образования.

1 ЦХАФ АК. Ф. 88 Оп. 1.Д. 6.

2 ЦХАФ АК. Ф.87. Оп.1. Д.1. Л. 16

3 ЦХАФ АК. Ф. 36. Оп. 2. Д. 14-17, 20-22, 24-25,27-36.
4ЦХАФАК.Ф. 175. Оп. 1.Д. 1.Л. 11,54.

В нашем исследовании использовались материалы по введению всеобщего образования, содержащиеся в фонде Новониколаевской городской управы1.

Рассмотренные источники по истории женского образования в Томской губ. второй половины XIX-началаХХ в. содержат информацию о различных сторонах жизни женских школ всех ступеней. Многообразие видов, обстоятельств происхождения, информационного потенциала использованных источников позволяет считать источниковую базу исследования достаточно широкой.

Научная новизна работы определяется тем, что она представляет первую попытку комплексного исследования вопроса женского образования на материалах Томской губ. В научный оборот вводится широкий круг документов местных архивов, материалов периодической печати, статистики, которые характеризуют различные аспекты исследуемой проблемы. Многие опубликованные материалы рассматриваются под новым углом зрения. Вопросы становления и развития женского образования рассматриваются с точки зрения соотношения роли государства и общественной инициативы, а также в контексте общероссийских тенденций решения женского вопроса.

Практическая значимость диссертации определяется содержащимися в ней фактическими данными, которые могут быть использованы в процессе разработки проблем региональной и общероссийской тендерной истории, при подготовке обобщающих работ, в краеведческих исследованиях.

1 ГАНО. Ф. 97. Оп. 1. Д. 2, 32а, 47, 91.

Становление и развитие начальных и средних учебных заведений

Как в дореволюционной, так и в современной историографии первым женским учебным заведением принято считать Смольный институт для благородных девиц, основанный по инициативе Екатерины II в 1764 г. Это событие явилось первым шагом на пути становления женского образования.

Вплоть до середины XIX в. закрытые институты были практически единственными «рассадниками женского просвещения». Однако образование в подобных учебных заведениях, по определению одной из воспитанниц, носило «орнаментальный» характер. Девушки выходили из институтов «хоть с мыслью, что знание - вещь почётная, самих же знаний институт не давал»1. Да и в обществе довольно скептично относились к выпускницам этих закрытых школ. Появилось понятие «институтка» - некое эфемерное, оторванное от жизни создание. «Институтка» стала объектом анекдотов. Даже дети высмеивали её наивность, патологическое отчуждение от реальной жизни, бесцельность и бесполезность её образования2. С другой стороны, многие современники замечали, что несмотря на все недостатки институтского образования, оно имело своё значение в деле русского просвещения. Как отмечал Вагин в своих воспоминаниях, относящихся к 40-м гг. XIX в., «наряду с наивностью, изнеженностью и аристократизмом «институтка» в черствую и грубую среду, часто даже не прикрытую наружным лоском, погружённую только в свои корыстные интересы, лишённую нравственных идеалов, вносила новые жизненные начала... Не видя возможности осуществить свои идеалы в настоящем, она старалась осуществить их в будущем. Её понятия, взгляды на жизнь переходили к детям»1. Институты, в известной степени, исполнили предназначенную им миссию. Они содействовали смягчению нравов русского общества и вносили некоторую культуру в русскую жизнь. К тому же они предоставили женским гимназиям и прогимназиям, а также начальным школам контингент учительниц, и этим ускорили процесс становление женского образования во второй половине XIX в.

Тенденции развития образования зависели не только от общей направленности внутренней политики, но и от конкретного человека, который стоял во главе Министерства народного просвещения. С 1853 по октябрь 1917 гг. на этом посту сменилось 20 человек (см. Приложение 1). Некоторые из них занимали эту должность несколько месяцев, другие определяли политику одного из важнейших государственных ведомств в течение ряда лет.

С началом царствования Александра II, Министерство народного просвещения встало на путь преобразований. С 1853 по 1858 гг. министром народного просвещения был А.С. Норов. Он одним из первых обратил внимание правительства на состоянии женского образования в стране. 5 марта 1856 г. на рассмотрение государя был представлен доклад «О мерах и предложениях по устройству народного образования». В котором, между прочим, замечалось, что «до сих пор обширная система народного образования у нас имела в виду только одну половину народонаселения - мужской пол. Женские же заведения предназначены только для одного сословия - дворян и чиновников. Между тем лица среднего состояния в губернских и уездных городах лишены средств для образования своих дочерей. От этого, - говорилось в докладе, - без сомнения зависит как развитие в народных массах истинных понятий об обязанностях каждого, так и всевозможные улучшения семейных нравов и вообще всей гражданственности, на которые женщина имеет столь могущественное и неотразимое влияние»2.

Становление и развитие начальных и средних учебных заведений

Распространение начального образования было одной из задач реформ 60-х гг. XIX в. Основная роль в проведении народно-просветительской работы возлагалась правительством на местные органы самоуправления. Однако земская реформа, по закону 1864 г., на сибирские губернии не распространялась, а закон о городском самоуправлении был издан только в 1870 г. и, соответственно, мог повлиять на состояние образования исключительно в городах.

Вплоть до 1856 г., как отмечали современники, «ни в России, ни в Сибири не было школ для женщин средних и низших классов»1. В 1860 г. в Барнауле появилась первая школа, где девочки могли получать начальное образование. Первоначально она была открыта в двух отделениях для мальчиков и девочек, которых в первый год поступило 40 и 30 чел. соответственно2. В 1868 г. на ее базе было создано самостоятельное женское приходское училище. В 1861 г. женская школа появилась в Бийске, в 1864 г. - в Кузнецке. В 1869 г. состоялось открытие Мариинского двухклассного приходского училища со сменой для девочек. В первый же год учащихся насчитывалось 58 чел. (33 мальчика и 25 девочек). В том же году класс для девочек был открыт при Колыванском приходском училище3. К сожалению, нам не удалось найти сведений о состоянии начального женского образования в Томске в 60-х гг., но известно, что до 1869 г. там существовало только одно приходское училище с 98 учениками1, а к 1875 г. в трех томских мужских приходских училищах имелись смены для девочек.

Характерно, что в большинстве городов открывались не специальные школы, а отдельные смены или классы для девочек. Одним из значительных плюсов подобных классов было то, что они не требовали больших капиталовложение (не надо было специальных помещений, учителя преподавали, в основном, бесплатно), однако были и свои минусы. По данным смотрителя Томских училищ Г. Буткеева, в 3 существовавших томских приходских училищах в 1875/1876 учебном году обучалось более 300 мальчиков и 201 девочка (во Владимирском - 54, в Воскресенском - 87 и в Юрточном - 60 учениц) . Мальчики обучались в первую смену, а девочки во вторую, с 12 часов. «Для мальчиков, - отмечал смотритель, - выпала лучшая доля: они приходят в классы со свежим воздухом, обучаются со вниманием, еще не рассеянным впечатлениями дня. Но девочкам, с половины дня обучатся в тех же классах, вообще плохо... При этом, мальчики учатся мало времени -только по три часа в день, а девочки и того менее» . Таким образом, подобное посменное обучение детей в одном и том же помещении в разное время было признано невозможным как в педагогическом, так и в гигиеническом отношении.

К 1870 г. в городах Томской губ. насчитывалось 5 приходских училищ для девочек и для детей обоего пола. Это были приходские училища, открытые по уставу 8 декабря 1828 г. Примечателен тот факт, что по новому положению от 31 мая 1872 г., которое значительно усовершенствовало курс начальных школ, могли учреждаться лишь мужские училища. Только в 1909 г. подобное училище в Колывани получило разрешение принимать девочек4.

Школа и общество. Положение женщины в сибирском социуме

Школа и общество - эти два института всегда находились и находятся в постоянном контакте, формируя друг друга. Школа, по сути, создавала будущее общество, стремясь повысить его культурный уровень. Но в общественном мнении существовал свой взгляд на необходимость или наоборот ненужность школьного образования, и особенно, это касалось обучения женского пола. Однако не подлежит сомнению, что культурный прогресс не мыслим без школы - важнейшего учреждения в государстве, которое определяет умственный уровень народа, накладывает отпечаток на грядущее поколение.

Вопрос о месте женщины в сибирском социуме возник давно. Многие современники, описывая сибирских женщин XIX — начала XX в., условия их жизни, отмечали, что они отличались от женщин центральной части России чертами характера и поведением. Сибирячки были более энергичными, самостоятельными1.

Говоря о сибирской женщине, известный общественный деятель и исследователь Сибири Н.М. Ядринцев писал: «В обществе женщина является отдельно, ее избегают мужчины из чувства приличия, чтоб не привлечь ревности ея властителей, и она находится только в среде своего пола. Она сидит безмолвною, набеленная и нарумяненная, как бы ни был хорош цвет ея лица, изукрашенная дорогими жемчужными и бриллиантовыми ожерельями, не смея поднять глаза, не смея двигаться. Покорная прислужница, безмолвная раба, она трепещет пред взглядом своего господина, чтоб не навлечь его подозрения. Этот вид униженной женщины всегда кидался в глаза европейцам, посещавшим Сибирь»1.

С другой стороны, Н. Чукмалдин в своих воспоминаниях относящихся к концу XIX в. писал, что «женщина в Сибири не раба мужчине, она ему товарищ. Умирает муж - не погибает дом и промысел, мужем заведенный. Жена - вдова ведет его дальше с тою же энергией и знанием, какие присущи были мужу. В Тюмени, в Гостинном дворе было с мануфактурными товарами до двух десятков лавок, и половина их велась и управлялась женским персоналом не менее удачно, чем другая половина»2.

В целом, большинство источников говорят о том, что среди значительной части сибирского купечества, интеллигенции, средних городских слоев и крестьянства преобладало уважительное отношение к женщине, что, однако, не мешало сибирякам рассматривать женщину в рамках достаточно жестко закрепленной поло-ролевой системы, отводившей ей роль хозяйки дома и воспитательницы детей3.

На наш взгляд, сибирские женщины действительно были более свободны в экономическом плане, но идеи женского движения в Сибири были мало распространенны.

Экономическое развитие Сибири во второй половине XIX - начале XX в. постепенно втягивало женщин в экономику региона: «Промышленная жизнь вызвала к деятельности даже тюменскую женщину. Ее можно видеть торгующей на рынке, в лавке и работающей в швейной мастерской»4.

Похожие диссертации на Женское образование в Томской губернии во второй половине XIX - начале XX вв.